Завещание лермонтов текст

Столкнувшись со смертью лицом к лицу, он не боится покинуть этот мир. Но при этом надеется, что оставит после себя след в истории, который станет своеобразным связующим звеном с потомками. Первые слова: «Наедине с тобою, брат» создают атмосферу исповеди. Типичны художественные средства, которые поэт использует в этом стихотворении. На мой взгляд, «Завещание» отчетливо перекликается с поэмой Лермонтова «Мцыри», продолжая «главную» тему поэта — о дисгармонии человека с окружающим миром и собой. Думая о близкой и возможной смерти, я думаю об одном себе: иные не делают и этого. Автор не верит в загробную жизнь, но при этом не может допустить мысли о том, что скоро его тело превратиться в прах. Как будто не сразу решился солдат сказать о самом сокровенном. Тот, кто будет ранен, полетит непременно вниз и разобьется вдребезги; пулю доктор вынет. И тогда можно будет очень легко объяснить эту скоропостижную смерть неудачным прыжком. Мы бросим жребий, кому первому стрелять. Посмотрите, доктор: видите ли вы, на скале направо чернеются три фигуры? Здесь вся нехитрая история служивого и итог его жизни. Жанр поэтического завещания, несмотря на его, несомненно, архаичную природу, не имеет на сегодня устоявшейся дефиниции.

Смотрите также: Нарушение пдд нормативные документы

The authors trace the link between the Yesenin’s lyric and poetry of Lermontov, exploring the theme of poetic testament in the poetic heritage of two great Russian poets. Ключевые слова: русская поэзия, поэтическое завещание, Лермонтов, Есенин, сильный текст, творческий диалог, авторское «я». Abstract. Готов мой верный пистолет, В стволе свинец, на полке порох. У двери слушаю… чу! — шорох В развалинах… и крик! — но нет! То мышь летучая промчалась, То птица ночи испугалась! На темной синеве небес Луна меж тучками ныряет. Современник поэта не указывает, от каких «стихов Лермонтова готов был плакать» Есенин. Разберемся во всем, что видели, Что случилось, что сталось в стране, И простим, где нас горько обидели По чужой и по нашей вине. Знаки «лермонтовского присутствия» иного рода, на наш взгляд, прочитываются в «маленькой поэме» Есенина «Метель» (1924). В ней, словно сотканной из ярких, почти сюрреалистических полотен, кульминационной является картина похорон лирического героя. Стихи и поэмы последних лет его короткой жизни побуждают к размышлениям о личности и судьбе поэта. Эта горькая нота звучит в стихотворении с нарастающей силой; возникающий в конце образ женщины с «пустым сердцем» как бы концентрирует в себе все то жестокое и несправедливое, что испытал в жизни умирающий армеец. Спокоен я. Душа пылает Отвагой: ни мертвец, ни бес, Ничто меня не испугает. Над головой твоей, далекий правнук мой,Я в небо пролечу, как медленная птица,Я вспыхну над тобой, как бледная зарница,Как летний дождь прольюсь, сверкая над травой.

Похожие записи:

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.